Когда выглядывает солнце, поле в приграничном Волоконовском округе блестит густой, почти невидимой паутиной оптоволокна - зловещей и пугающей. Именно по этим полям и по десяткам, сотням таких же участков в сторону границы летят вражеские дроны, управляемые по тончайшей оптоволоконной нити. Эти дроны не видят ни детекторы, ни средства радиоэлектронной борьбы. Единственный способ обнаружить такие смертоносные беспилотники - увидеть или услышать их, а нейтрализовать только сбив из стрелкового оружия.

Чуть дальше от границы - наглядный пример того, на что способны небольшие жужжащие аппараты: в дорожный знак вонзился полностью выгоревший и иссечённый осколками гражданский легковой автомобиль, который стал целью атаки ВСУ. В результате удара погибли два человека.
И таких жертв было бы значительно больше, если бы не бойцы подразделения «Орлан», круглосуточно прикрывающие границу. «Белгородские известия» вновь выехали с бойцами на боевое дежурство, чтобы показать, как они работают в Волоконовском округе, защищая родную землю.

Добилась своего
Мы - два корреспондента и огневая группа батальона «Орлан» - грузимся в автомобиль, обшитый маскировочной сетью, и выдвигаемся к границе с сопредельным государством. В группе - трое мужчин и старшая группы, молодая девушка с позывным Заноза. Она не единственная женщина в батальоне, но одна из немногих, кто наравне с мужчинами работает «в поле».
За окном служебной машины мелькают просёлочные дороги, а Заноза рассказывает о себе:
- Родилась и выросла здесь. По образованию я педагог, позже переквалифицировалась в воспитателя. После начала специальной военной операции приняла решение пойти в территориальную самооборону. Сделать это было непросто: девушек тогда в подразделение не брали. Комбат сначала категорически отказывал, говорил: «Посмотри на себя, ты маленькая, у нас мужчины». Но я два месяца тайком ездила на занятия, упорно добивалась своего, и всё-таки меня приняли. С февраля 2023 года я сотрудник самообороны, сначала как медик.
Задачи были разные, но Заноза справлялась с ними уверенно. В мае 2023 года она прошла обучение на инструктора по тактической медицине группы эвакуации.
Когда по инициативе Президента России в Белгородской области было сформировано подразделение «Орлан», она без колебаний перешла туда на службу. Сейчас она - специалист-инспектор и старшая огневой группы.
- У меня есть сын. Ему 13 лет, он мной гордится, - улыбается Заноза. - Родные понимают, что работа опасная, но также понимают: по-другому я не могу - не хочу оставаться в стороне, когда мой родной дом в опасности. Мы все здесь живём на границе, и к нам постоянно летят вражеские дроны и снаряды. Родные пытались отговаривать, но я не соглашаюсь уйти. Думаю, это было бы неправильно. Сама себя уважать не смогу, если отступлю.

«Промедление может стоить жизни»
По дороге бойцы «Орлана» постоянно следят за сводками и аппаратурой. Заноза периодически отправляет сообщения в канал БПЛА, предупреждая людей о пролёте вражеских дронов.
- Меня не знают в лицо, но мой голос знают все в округе, - говорит старшая огневой группы. - Профессия у нас сложная, но мы ею гордимся. Большинство ребят так или иначе столкнулись с последствиями атак. Многие из приграничных сёл, у многих разрушены дома, потеряно имущество. Недавно, например, дрон атаковал гражданскую машину, где были мирные жители: женщина погибла на месте, мужчина получил ранения. Наша группа вывозила пострадавшего, другая - погибшую. Таких случаев, к сожалению, очень много, даже говорить об этом тяжело.
Мы прибываем к границе, и группа быстро и слаженно разворачивает оборудование. Бойцы рассредотачиваются, контролируя небо.
- Это один из участков, где постоянно появляются вражеские дроны. Наша задача - прикрывать населённые пункты от беспилотников, как обычных, так и на оптоволокне, - объясняет Заноза, внимательно наблюдая за приборами и прислушиваясь к звукам вокруг.
- Сколько времени занимает развёртывание? - спрашиваю, наблюдая за их скоростью.
- Недолго. Всё делается очень быстро, - отвечает старшая огневой группы. - Однажды мы приехали и сразу услышали дрон в воздухе. У нас ушло около полутора минут на полное развёртывание. Мы сумели его подавить - он упал примерно в 700 метрах от нас. Здесь промедление может стоить жизни. Бывает, мы эвакуируем людей, попавших под удары. Достаём из снега, оказываем помощь на ходу, вывозим. Главное - действовать быстро. Когда понимаешь, ради чего ты здесь, всё получается автоматически. Всех дома ждут, и мы делаем всё, чтобы дождались.

Тир, Малой и Дунай
Самому молодому в группе - 27 лет. Его позывной - Тир. Даже во время разговора он не отводит взгляд от неба.
- Стреляете хорошо? - спрашиваю его.
- Да, неплохо. Я здесь стрелок.
- Страх бывает?
- Помогает понимание, что это мой дом и я обязан его защищать. Не та работа, где можно бояться.
- Родные не отговаривают?
- Мы с отцом хотели вместе пойти, но его по возрасту не взяли. Он сказал: если не мы, то кто? Мама и сёстры переживают, но понимают.
Ещё один стрелок - 32-летний Малой. Высокий, крепкий, настоящий богатырь. Когда спрашиваю о позывном, товарищи смеются:
- А по нему не видно?
За плечами у него десять лет службы в пожарной охране, затем работа агрономом с более высокой зарплатой. Но когда беда пришла на родную землю, он без сомнений пошёл защищать границу.
У него семья, двое детей. Они переживают, пытались отговорить, но в итоге приняли и поддержали.
Малой был серьёзно ранен, рядом погиб боевой товарищ, но он не оставил службу.
- Я родился совсем недалеко отсюда. Дом разрушен снарядом. Там уже ничего не восстановить. Теперь будем помогать тем, у кого ещё есть шанс, - говорит он.
У 33-летнего Дуная на гражданке тоже была более высокая зарплата. Семья, ребёнок, жена. Но после начала обстрелов он пришёл в «Орлан».
- Ребята здесь очень хорошие, как семья, - рассказывает он. - А Заноза - наш командир - выше всяких похвал и как человек, и как боевой товарищ. Учимся постоянно, потому что обстановка всё время меняется.
- Что больше всего запоминается?
- Атаки на мирных жителей и работа по дронам. В такие моменты не за себя переживаешь, а за товарищей. А потом уже приходит напряжение. Но во время работы - только задачи и цель, - отмечает Дунай.

Невосполнимые потери
Даже о самых страшных вещах Заноза говорит спокойно, почти буднично - и от этого становится ещё тяжелее. Она вспоминает эвакуации раненых и погибших, удары по мирным автомобилям, атаки на их группу:
- Недавно атаковали медиков. Они прекрасно видели, что это скорая помощь, что грузят лежачего больного, но всё равно ударили. Бьют по гражданским, по детям. Это нельзя ничем оправдать.
Глаза Занозы темнеют, голос становится тише, когда она вспоминает погибшего товарища:
- Араб… когда он погиб - это была невосполнимая потеря. Человек с большой буквы. С первых дней в самообороне, потом в «Орлане». Остались жена, две дочки, мама…
Рядом тогда был ранен и Малой. Он показывает на бронежилет:
- Тут осколок остался. Попробуйте, почувствуете.
Действительно, внутри ощущается застрявший кусок металла, остановленный бронеплитой. Если бы не защита…
Но бойцы об этом не думают. Их задача - защитить людей.

Поцелуй в макушку перед выездом
В последнее время враг фактически охотится на подразделение «Орлан». Бойцы говорят о новой тактике: пока одни FPV-дроны атакают с фронта, другие, на оптоволокне, заходят с тыла.
Поэтому часть группы работает по воздушным целям, а другие постоянно контролируют окружение.
Вдруг появляется характерное жужжание. Бойцы мгновенно меняются в лице, Заноза поднимает руку - тишина.
Через секунду становится ясно: это всего лишь шмель, проснувшийся весной.
И впервые за долгое время это жужжание - не про смерть, а про жизнь. Бойцы улыбаются с облегчением.
- Сейчас я снова студентка, - говорит Заноза. - Получаю уже четвёртое образование. Пошла учиться на медика, чтобы иметь право вводить препараты и глубже понимать базу. Здесь, на границе, осознала, насколько это важно.
Она делает паузу и добавляет:
- Я всегда целую сына в макушку перед выездом. Это уже традиция. Чтобы всё прошло хорошо.
Она немного улыбается и замолкает. Замолкаю и я - вместе с бойцами, слушая весеннее жужжание и надеясь, что к нему никогда не добавится другое. Тяжёлое. Смертельное. Которым наполнено сейчас всё наше приграничье.